?

Log in

No account? Create an account

September 14th, 2019

https://al-vladimiroff.livejournal.com/17507.html - СЕНТЯБРЬ 2012 г.


В городе Бауска, расположенном к югу от Риги, установлен памятник карателям из трех батальонов полиции в составе латышского легиона Waffen SS, сообщает газета "Час".
Как указано на мемориале, он посвящен "защитникам города от второй советской оккупации", а чуть ниже приводится лозунг "Латвия должна быть латышским государством". […] Стоит отметить, что батальоны, в честь которых установлен мемориал, использовались нацистами для расправы над мирным населением в Псковской области России, в Брестской области Белоруссии, а также под Днепропетровском.
[…] Бои под Бауской шли в течение двух месяцев. В этом районе немецкие войска совместно с латышскими нацистами пытались сдержать советские войска, наступавшие на Ригу.
(http://top.rbc.ru/politics/17/09/2012/669939.shtml)


Интересно, как пытаются найти свою новую идентификацию некоторые государственные нации постсоветского пространства. Их путь в Европу и их европейский выбор, если рассмотреть его содержание, ставит под вопрос все стереотипы европейского объединения и европейской культуры.
Например, прибалтийские государства. Их элита в первой половине прошлого века выбирала фашизм, а большинство трудящихся – советский строй. Подспудное стремление к независимости, получило в советский период мощную культурную инфраструктуру, которая не только сохраняла и воспроизводила национальную культуру, но и послужила базой для выращивания осознанных форм национально-государственного сепаратизма.
Кем же были эти нации в СССР и кем они стали в объединённой Европе? Чего же они добились?
Граница с Россией у них есть. Это факт и этого они добились. Границы с Европой как бы нет, но физически она всё-таки существует. Прибалтика географически отдалена от политической Европы.
Вот поставили они памятник латышским эсесовцам, а по сути в объединённой Европе они - своеобразная вооружённая охрана и «пушечное мясо» этой самой границы, задворки Европы. В СССР – они считались как бы, сделаю акцент на этом «как бы», самой европейской и культурной частью страны. Но это была иллюзия. Культурность Прибалтики не простиралась дальше «культурности» прислуги в господском доме, научившейся снимать обувь и шляпу при входе в господский дом. Если проще сказать, то это всего лишь культура быта, очень мало имеющая отношение к подлинной культуре. Поэтому в подлинной культуре, даже в страшном сне, не придёт идея поставить памятник фашистам, а в культуре прислуги, может быть всё, что угодно, в том числе и памятник Антикультуре.
Прибалтика - это культура внешних форм, и внешней «прибранности». Что это такое и в чём отличие этой «чистоты» от подлинной культуры, мы очень хорошо можем увидеть на примере «орднунга» немецких концлагерей.
На границе объединённой Европы с Россией легально восстанавливаются формы почитания фашизма и его сторонников. Фашизм начинает свою легализацию от границ России и не только как память о нём. Фашизм восстанавливается как политическое мировоззрение и идеология, с которой придётся столкнуться именно России и не только в идеологическом пространстве.

        Вопрос Будущего - это не социально-экономический вопрос, в чём нас пытались убедить вульгарные марксисты все годы советской власти, и не вопрос это "экономической эффективности", в чём нас пытаются убедить сегодня вульгарные либералы. Вопрос Будущего
, в конечном итоге, - это нравственный вопрос.

Поэтому коммунизм и христианство гораздо ближе друг к другу, чем кажется политическим и духовным "неандертальцам". Сколько не говори "халва", во рту сладко не станет. Сколько не говори, что Прохоров, или любой другой миллиардер - бизнесмен, вором он быть не перестанет.

        Сегодня мы защищаем последний бастион Человеческого, и он - нравственный. За пределами этого возникнут уже совсем другие вопросы - возвращения к Человеческому. А сейчас мы еще можем вместе сохранить и защитить возможность Человеческого будушего.
https://al-vladimiroff.livejournal.com/2013/09/14/ - СЕНТЯБРЬ - 2013

Когда-то - в 1814 году - была учреждена медаль «За взятие Парижа». Но император Александр I сыграл в дурацкую русскую игру «толерантности», он решил что наши французские «партнёры» обидятся, если мы начнём её вручать. И вот эту медаль не вручали. Только новый император Николай I решил осуществить принятое решение, отчеканить эту медаль и вручить её всем тем участникам войны, кто ещё жив.
Так, с 1829 года стали вручать медаль «За взятие Парижа».
Медаль За взятие парижа

А при чём здесь современность и при чём здесь мы?
Только при одном. Наши современные «партнёры» из Европы и США прямо говорят, что мы их враги. А наш президент говорит, что они наши партнёры. Так кто они нам?

Достаточно вспомнить историю, чтобы понять, кто они нам. Они становятся нам партнёрами только тогда, когда мы вручаем медали «За взятие Парижа», или «За взятие Берлина».

А мой пра-пра-прадед всегда гордился своей медалью «За взятие Парижа». И я горжусь.


А полк прадеда был награждён в XIX веке серебряными трубами с надписью: «За взятие Варшавы 25 и 26 Августа 1831 года».
А дед навеки остался в 1941 году, чтобы в 1945 году появилась медаль "За взятие Берлина".




А наша медаль впереди!

Алексей Кившенко - Вступление русских войск в Париж в 1814 году