February 11th, 2013

Мифология революций, о министре и МИДе

В воскресенье 10 февраля министр иностранных дел России Сергей Лавров в передаче Владимира Соловьёва сказал, что «революции, как показывает практика, до добра не доводят» (http://www.mid.ru/brp_4.nsf/newsline/02EBC66354EF10E544257B0E0045AD41).

Сказал он это в контексте рассуждений о так называемых «цветных революциях». У самого господина Лаврова может быть любой взгляд на революции. Но в этом случае важно, что это не просто взгляд обычного человека, а взгляд человека, возглавляющего министерство, имеющего возможности влиять на международные процессы, и от содержания оценки и понимания этих процессов как самого министерства, так и его руководителя, зависит, в том числе, и степень нашего влияния, и содержание этого влияния, и цели нашего внешнего взаимодействия.

В последние годы, месяцы, дни всё чаще обсуждаются революции, которые проходят в последние десятилетия и годы по всему миру. А наши историки «высоколобо» рассуждают о том, были события 1917 года в России революцией или политическим переворотом?

Все эти события и все эти массовые публичные обсуждения формируют и должны сформировать представление в обществе, что массовый выход людей на улицу, их массовое участие в уличных санкционированных и несанкционированных политических и социальных акциях - это синоним такого общественного явления как революция. (И что революция - это плохо. Но об этом в другой раз). И наш министр иностранных дел тоже демонстрирует такое же обыденное понимание революции. Но перефразируя классическую поговорку: что позволено быку, то не позволено Юпитеру.

Репортажи СМИ из различных районов земного шара укрепляют людей в этом представлении о революциях. На самом деле часто никаких революций там, где происходят массовые выступления людей, сегодня нет. Зато революции есть там, где такие выступления не происходят, например, в России. Революции - это не количество находящихся на улице людей. Тем более, что современные средства массовой коммуникации позволяют обеспечить и манипуляцию общественным сознанием, и массовое участие людей в "революционных" инсталляциях.

Всё сложное явление перехода от одного общества к другому, сам процесс социальной революции, сводится только к изменениям политической системы общества, к понятию политической революции. А само понятие политической революции сводится к образу, к "толпе на площадях", к «картинке» из фильма Сергея Эйзенштейна «Октябрь».

Политическими революциями называются изменения политических систем общества. Причём не любые их изменения, а только качественные изменения всей сферы социального управления в рамках преобразований всего общества, в рамках трансформации этого общества, в рамках социальной революции.

Такие революции могут сопровождаться массовыми выступлениями людей, а могут и вообще обойтись без них.

Массовые же выступления людей, даже успешные выступления, завершившиеся свержением существующей власти, могут никакого отношения не иметь к революциям. И примеров этого вокруг нас просто полно. Можете хотя бы посмотреть только на современный Египет. Массовые выступления были? Были! Власть свергли? Свергли! Революция была? Нет! Но назвали её революцией? Назвали!


"Цветные революции"это современные социальные технологии вмешательства во внутренние дела других государств, интервенции, военной агрессии, никак не связанные с уровнем развития этих государств, этапом их внутреннего развития. "Цветные революции" – это искусственные технологии сознательного внешнего запуска неконтролируемой государством уличной, антигосударственной коллективной активности людей. Результатом таких искусственно запущенных процессов является формирование не новых политических условий для развития этих обществ, а регресс основных социальных сфер общества. "Цветные революции" – это способ социальной деградации обществ через насильственное изменение их политических систем, путём их «социально-политической инфекции».

«Цветные революции» – это искусственные регрессивные технологии имитации естественно-исторических процессов перехода от одного типа общества к другому.

  Пример с революциями и с нашим министром иностранных дел нужен для того, чтобы ещё раз продемонстрировать как важно, чтобы явление и слово для его называния совпадали. Несовпадение слова и явления – одна из форм манипуляций человеческим сознанием, восприятием, действием. Если у нашего министра ложное восприятие действительности, то оно неизбежно даст свои плоды в его профессиональных усилиях, и в положении нашего государства, и, соответственно, в нашем с вами общем будущем.

«Слово и Дело!», - когда-то было принципом важных государственных дел в России. Сегодня это не менее важно.

u